[де:КОНСТРУКТОР] Терра-Прайм - Александр Лиманский

в Чёрном расстегнул подсумок и заглянул внутрь. Чёрное забрало шлема наклонилось на секунду, две. Потом он поднял голову и сказал что-то, чего я не расслышал за шумом турбин и стрекотанием джунглей.

— Ева, отфильтруй шумы и подними громкость. — мысленно дал приказ Еве.

— Уже работаю, шеф. — донеслось в моей голове.

Гризли замер. Его плечи дёрнулись, подались назад, и по языку тела я прочитал ответ раньше, чем он открыл рот. Несогласие. Возмущение. Руки взлетели в характерном жесте торговца на базаре, широком, требовательном, подчёркивающем каждое слово. Голос его долетел обрывками:

— … договаривались не так… мои люди рисковали… полная сумма…

Торгуется. Посреди джунглей, рядом с чёрным вертолётом без знаков, с человеком, от внешности которого шарахаются «Спринты». Я бы оценил его наглость, если бы мне не хотелось свернуть ему шею.

Человек в Чёрном слушал. Неподвижно, без единого жеста, с той каменной терпеливостью, которая бывает у людей, для которых слова собеседника не имеют ровным счётом никакого значения. Потом сделал шаг вперёд.

Я присмотрелся внимательнее, поднял мощность сейсмической поступи и понял, что этот человек невидим для моего модуля. Считывая информацию через ступни я ощущаю Гризли, но не ощущаю человека в Чёрном.

Рука в чёрной перчатке сомкнулась на горле Гризли.

Гризли был большим. Штурмовой аватар, полтора центнера мышц, брони и гидравлики. Боевая машина, способная перевернуть легковой автомобиль.

Человек в Чёрном поднял его одной рукой.

Медленно. Без рывка, без видимого усилия, с плавностью гидравлического подъёмника. Ноги Гризли оторвались от земли, болтнулись в воздухе, как ноги повешенного, и штурмовой аватар повис на вытянутой руке, хрипя, скребя пальцами по чёрной перчатке, дёргаясь всем телом. Рука Человека в Чёрном не дрожала. Даже не напряглась.

Рядом выдохнул Док. Тихо, сквозь зубы, с тем присвистом, который бывает у людей, увидевших то, во что они отказывались верить.

— Что это за тварь? — шёпот едва слышный.

Хороший вопрос. У меня не было ответа. Стандартный аватар, даже тяжёлый инженерный «Трактор» с полной гидравликой, не мог поднять полтора центнера одной рукой над головой.

Физически невозможно. Сервоприводы не рассчитаны, суставы не выдержат, мышечный каркас порвётся. Значит, это был не стандартный аватар. И не стандартный экзоскелет. Что-то другое. Что-то, чего не было ни в одном каталоге «РосКосмоНедра», который я изучал перед подключением.

Проект «Химера»?

Мысль мелькнула и ушла. Не время для гипотез.

Человек в Чёрном держал Гризли секунды три, может, четыре. Достаточно, чтобы донести мысль. Потом разжал пальцы, и Гризли рухнул на землю, как мешок с цементом, упал на колени, схватился за горло и захрипел, втягивая воздух разодранной гортанью.

Человек в Чёрном закрыл подсумок с дисками. Повернулся к вертолёту.

Мне хватило.

— Слушайте сюда, — шёпот, почти беззвучно, губами. Группа подтянулась, четыре головы на расстоянии вытянутой руки. — Патронов нет, лобовая атака исключена. Информации по противнику слишком мало. Берём хитростью.

Я нашёл глазами Киру. Она уже смотрела на вертолёт с тем прищуром, который я видел у снайперов перед выстрелом. Холодным, расчётливым, как у ювелира перед огранкой.

— Кира. Хвостовой стабилизатор вертолёта. Один патрон, одна цель. Без стабилизатора эта коробка никуда не улетит, — обозначил я.

Кира качнула головой. Еле заметно, на полсантиметра. Принято.

— Фид, Док. Дымовые шашки. Обе с флангов, одновременно, максимальный разброс. Создать видимость окружения.

Фид кивнул, принимая мой приказ. Рука уже полезла в боковой карман разгрузки, где в тактическом чехле лежали две дымовые гранаты М-18 с белой маркировкой.

— Я иду из дыма. Цель — взять Гризли. Живым, — серьёзно закончил я.

Док поднял бровь.

— Живым, — повторил я. — Мне нужен пленный. Диски улетят с вертолётом, но информация в голове у Гризли дешевле и доступнее. Он знает, кто заказчик, знает маршруты, знает точки передачи. Мне это нужно.

Пауза. Секунда, в которую каждый примерил на себя свою задачу и решил, что она выполнима. Или невыполнима, но другого плана всё равно не было.

— Пошли, — скомандовал я.

Группа разошлась.

Фид и Док скользнули в заросли, обходя поляну с двух сторон, бесшумные, низкие, прижатые к земле. Кира осталась на позиции, уложив ствол винтовки на поваленное бревно, припав к оптике. Один патрон в патроннике. Один шанс.

Я вытащил из подсумка инженерный трос. Десять метров кевларового шнура с карабином на конце, штатное снаряжение «Трактора» для работы на высоте. Не совсем боевое оружие, но на Терра-Прайм любой предмет становился оружием, если держать его правильно.

Шнурок сидел у моих ног и смотрел на меня снизу вверх. Я положил ладонь ему на загривок.

— Жди здесь, — тихо велел я. — Не высовывайся.

Он прижал уши, но остался. Умный зверь. Понимал, когда от него требовалась не храбрость, а послушание.

Я ждал.

Гризли поднялся с колен. Пошатнулся, растирая горло. Человек в Чёрном шагнул к вертолёту, закинул подсумок с дисками внутрь.

Сейчас.

— Фид, — мысленно передал я через Еву. Канал групповой связи хрипел помехами от близости вертолётных турбин, но голос прошёл. — Давай!

Две дымовые шашки вылетели из папоротников одновременно. Одна слева, другая справа, описав невысокие дуги, и шлёпнулись на поляну с разницей в полсекунды. Хлопок. Второй хлопок. Густой белый дым повалил из корпусов, расползаясь по траве, заволакивая вертолёт, «Мамонт», фигуры на поляне.

Человек в Чёрном среагировал мгновенно. Ни секунды промедления, ни мгновения растерянности. Он швырнул Гризли, к которому успел развернуться, в сторону, как швыряют надоевшую вещь, и одним прыжком запрыгнул на подножку вертолёта. Чёрная фигура растворилась в белом дыму, и я услышал, как взвыли турбины, набирая обороты.

— Кира! — крикнул я вслух, потому что связь тонула в рёве двигателей.

Выстрел. Одиночный, резкий, хлёсткий. Бронебойная пуля пересекла поляну за долю секунды и ударила в хвостовой стабилизатор вертолёта. Звук был такой, будто кто-то саданул кувалдой по жестяной бочке.

Хвостовая балка дёрнулась, из стабилизатора вырвался сноп искр и ошмётков композита, лопасти рулевого винта заскрежетали, цепляя разорванный кожух.

Вертолёт дёрнулся. Нос пошёл вправо, хвост влево, и машина начала экстренный вертикальный взлёт, кренясь на левый бок. Турбины взвыли на запредельных оборотах, дым закрутило спиралью от потока воздуха. Пилот вытягивал машину на чистом мастерстве и молитве.

Я побежал.

Сквозь дым, через поляну, с тросом в левой руке и пистолетом в правой. Белая пелена заполняла лёгкие, забивала визор, и Ева переключилась на тепловую сигнатуру, раскрасив мир в оранжевые и синие пятна.

Оранжевое пятно на земле. Гризли.

Второе оранжевое пятно, размытое, поднимающееся. Вертолёт.

Я увидел, как Гризли вскочил с земли. Увидел, как его голова задралась вверх, к уходящей машине. И увидел, как до него дошло. Вертолёт улетал. Без него. Заказчик бросал его